В ноябре ВПК «МАПО» потрясли очередные кадровые перестановки — распоряжением правительства был освобожден от должности наш объединение Анатолий Мануев, назначенный на этот пост полгода назад. Практически одновременно ОКБ им.А.И.Миковна обрело юридическую самостоятельность, утраченную в 1994 г. при слиянии с «МАПО». Корреспондент «Авиапанорамы» встретился с генеральным директором АНПК «МиГ» Михаилом Коржуевым.

«АП»: Что происходит в ВПК «МАПО» в последнее время? И несколько слов о том, почему.
М.К.:
В созданном полтора года назад ВПК «МАПО» объединили более десятка разнородных предприятий с целью концентрации их технологических, производственных, финансовых возможностей, сокращения издержек за счет углубления кооперации и загрузки свободных мощностей надежным портфелем заказов. Однако на сегодняшний день ни одна из задач, поставленных при организации комплекса, не решена. Более того, к их решению даже не приступали. По крайней мере, в АНПК «МиГ», и в МАПО «МиГ» о попытках сделать что-либо в этом направлении ничего не знают. До сих пор не принята ни текущая, ни перспективная программа деятельности предприятий, а раз так — нет и финансирования. Финансовое положение предприятий незавидное. Все предприятия комплекса имеют большие задолженности в бюджет, часто задерживается выплата зарплаты.
… В то же время сам аппарат ВПК «МАПО» к июню этого года достиг 700 человек. Средняя зарплата его сотрудников в 6-7 раз превышает зарплату работников предприятий, а единственное занятие ВПК — самореклама своей деятельности и выкачивание денег из бюджета под обещания светлого будущего для предприятий и многомиллиардных доходов в бюджет страны. Результат же за все время такой: из бюджета получены сотни миллионов долларов, о чем сообщалось в печати, предприятия из них не получили ничего (или почти ничего) и ни одного контракта (из обещанных договоров на $ 2-2,5 млрд не подписано ничего).
«АП»: До прихода на этот пост Вы были генеральным директором АО «Русская авионика». Скажите, пожалуйста, зачем оно было создано и какие из методов организации работы этого предприятия Вы «перенесете» на АНПК «МиГ»?
MК:
Шел 1991 г. Пожалуй, самый тяжелый в оборонной отрасли. Вы помните, начался массовый отток самых квалифицированных кадров из «оборонки». Целый отдел, разрабатывавший локатор для самолета МиГ-31, например, ушел торговать книгами. Многие специалисты уезжали за границу. Нависла опасность потери школы в создании комплексов оборудования. Именно для сохранения элиты авиационной отрасли решили создать новое предприятие.
Можно, очевидно, было бы это делать и на существующих предприятиях, но их руководители стали настолько «далеки от народа», что порой даже не знали, кто и что на их предприятиях значит. И до научных сотрудников и инженеров деньги уже не доходили, оседая у замов и прочих начальников. Массовый отток основного рабочего слоя — инженеров — стал обычным явлением.
Созданное предприятие занялось объединением специалистов, участвовавших в создании самого лучшего, пожалуй, самолетного комплекса оборудования для самолетов МиГ-31, сотрудников ЛИИ, НИИАО, НИИГА и других учреждений, которые так и не были востребованы своими руководителями. Начали с доработки самолетов МиГ-29, Су-27, МиГ-23 и других для полетов за рубеж. Затем очень успешное участие в программе «Открытое небо», где был сделан качественный скачок: осуществлено предложение по модернизации МиГ-29 для реализации за рубежом. Это внесло значительный вклад в реализацию малазийского контракта. Затем участие в модернизации МиГ-29 в Германии, Словакии, создание новых сложных комплексов для МиГ-АТ и МиГ-29, выводящих эти самолеты на принципиально новый уровень с работой высокоточным оружием, картографированием Земли, созданием мощных БЦВМ, индикаторов и т.д. Апогеем работы было создание принципиально новой кабины и комплекса оборудования. Достаточно сказать, что ни одна из международных выставок не обошлась без робот «Русской авионики». И все эти работы имели шумный успех. Средний возраст наших сотрудников менее 30 лет, что позволяет спасти интеллектуальный потенциал, обеспечив преемственность в разработках.
Поэтому в первую очередь в ОКБ будет использован опыт кадровой политики «Русской авионики». Мы заключили договора с рядом ведущих Вузов и объявили конкурс на 50 мест, то есть будем искать способных ребят и привлекать их к решению конкретных задач (естественно не бесплатно). Что же касается стратегии развития ОКБ то программа-миниум — удержать фирму «на плаву». Внешний рынок с каждым годом сужается, у российского Министерства обороны средств на закупку новой техники нет, а парк имеющихся самолетов практически устарел. Поэтому основные усилия будут сосредоточены на программах по модернизации самолетов, стоящих на вооружении, — у нас и за рубежом. А вырученные деньги и будем вкладывать в развитие ОКБ и в создание новых самолетов.
«АП»: В России у Вас достаточно серьезный конкурент….
М.К.:
Если вопрос касается взаимоотношений с «Сухим», то мы не конкуренты: мы производим самолеты разного класса, для разных рынков. А вот точки соприкосновения для объединения усилий у нас есть: по кабине, авионике, БРЭО. Придя к согласию по этим вопросам, было бы легче конкурировать на мировом рынке с западными авиастроителями. Например, несколько тысяч как наших, так и «суховских» самолетов, состоят на вооружении в одних и тех же странах. Если мы объединим политические и финансовые возможности в получении заказов на модернизацию этой техники, заработаем миллионы и миллионы долларов. Можно также говорить о создании совместного самолета. Если такая интеграция существует между странами — то нас разделяет всего лишь Ленинградский проспект.
«АП»: Скажите, будет ли поднят в воздух ваш истребитель 5-го поколения МФИ?
М.К.:
Да. Теперь для нашей фирмы это вопрос чести.