15 января 2006 г. выдающемуся ученому, конструктору ракетной техники Петру Дмитриевичу Грушину (1906–1993 гг.) исполнилось бы 100 лет. Когда в конце 1953 г. Грушин, будучи известным авиационным специалистом, получил новое назначение то и не предполагал, что оно окажется последним в его жизни. К тому времени Грушин успел поработать слесарем, механиком, студентом, инженером, главным конструктором, деканом МАИ… Став главным конструктором второй раз, он практически исчез из поля зрения авиационных специалистов, его имя стало одним из самых больших секретов страны. Теперь ему предстояло заниматься не самолетами, а созданием зенитных ракет, предназначенных для их уничтожения.
Заслуги Грушина перед страной исключительны, поскольку без его ракет немыслима противовоздушная оборона государства. За свой труд Грушин был дважды удостоен звания Героя Социалистического Труда, семь раз награжден высшим орденом страны, избран действительным членом Академии наук СССР, стал лауреатом Ленинской премии.
К 100-летию со дня рождения великого конструктора издательство «Авиапанорама», МКБ «Факел» и МАИ подготовили книгу П.П. Афанасьева, В.Н. Коровина и В.Г. Светлова «Петр Грушин», фрагмент которой предлагается вашему вниманию.

П.Грушин

С высоты сегодняшнего дня — автоматизированных систем противовоздушной обороны, скоростных и мощных ракет — легко измерять, пройденное в процессе их создания расстояние, годами, числом пусков, количеством созданных ракет и систем. Занимаясь подобной статистикой, можно с легкостью раздавать оценки сделанному, осуждать разработчиков за неправильно сделанный выбор или же упущенные ими возможности. Однако не стоит забывать, что у любого вида техники, тем более такого сложного, как ракетная, существует еще одно — человеческое измерение. И выражается оно в совершенно нематематических и нефизических единицах — в творческих озарениях, в гармоничности очертаний линий на чертежах, в бессонных ночах и удивительных мгновениях полного единения с собственными творениями, когда чувство сопричастности, объединяет в едином порыве радости десятки и сотни людей.
Возглавив ОКБ-2, Грушин оказался в водовороте событий, которые во многом предопределили не только роль и место ракетной техники в числе приоритетных задач, поставленных руководством страны, но и место конструктора на одной из вершин советской ракетной иерархии.
Для большинства новых подчиненных Грушин очень быстро стал непререкаемым лидером. Одновременно и сам он прилагал значительные усилия по укреплению своего авторитета. Все, кто работал в те годы рядом с Грушиным, отмечали его целеустремленность, необыкновенную работоспособность, талант организатора. Его отличала буквально неистощимая энергия. Для работы, которую предстояло выполнить новому коллективу, эти качества были едва ли не главным условием достижения успеха.
Конечно, ОКБ-2 было поначалу не самой яркой и выдающейся из числа ракетных организаций, которых к началу 1954 г. в стране насчитывалось немало. И если чем-то новое КБ и выделялось среди других, так это, прежде всего своим жестким режимом работы. Дисциплина действительно была железная — велся строжайший учет рабочего времени и, например, выйти в рабочее время за проходную можно было лишь по специальному письменному разрешению.
Подобный жесткий режим работы во многом устраивал Грушина. Будучи человеком решительным, с властным характером, Грушин не относился к числу тех людей, которые могли нравится всем, сразу же и бесповоротно. В его поведении, в общении с работниками встречалось много непонятного, а иногда и противоречивого. Но все это к делу, которое было ему поручено, имело очень небольшое отношение. С первых месяцев работы Грушин буквально растворился в нем, сросся с ним вместе со всеми своими достоинствами и недостатками. С самого первого дня работы на новом месте Грушин кропотливо, не уходя от мелочей, вникал во все окружавшие его дела. Приходя на работу ранним утром и уходя поздним вечером, Грушин жил своим делом, делом своего КБ, своей «750-й» ракетой…
Точкой отсчета для начала работ над ней стало специальное постановление Совета Министров СССР, подписанное 20 ноября 1953 г. В тот день положили начало созданию новой зенитной ракетной «Системы 75», которая должна была базироваться на использовании подвижных элементов — радиолокаторов, кабин управления, перевозимых ракет, пусковых установок для их запуска и прочего оборудования.
В первые месяцы работы в ОКБ-2 над В-750 основной задачей для ее проектировщиков стал выбор дальности стрельбы. Прочие характеристики ракеты были предопределены в постановлении правительства — высоты поражения целей от 3 до 20 км, скорости полета целей до 1500 км/ч, масса ракеты не более 2-х тонн. Дальность стрельбы в постановлении не указывалась, а это являлось одной из отправных точек при разработке всех компонентов системы. И для ее определения разработчикам В-750 требовалось найти оптимальное сочетание самых разнородных факторов — ограниченной дальности действия радиолокационной станции наведения, необходимости достижения максимальной средней скорости полета ракеты по траектории. Требовалось учесть и то, что в составе системы должны были максимально использоваться уже применяемые в стране грузовые автомобили и тягачи, способные перемещать элементы системы не только по бетонным, но и проселочным дорогам. Это, накладывая дополнительные ограничения на стартовую массу ракеты и дальность ее полета, позволяло свести к минимуму количество необходимых для изготовления транспортных средств С-75 узкоспециализированных предприятий-изготовителей. Только рациональный учет всех этих факторов и должен был свести к минимуму затраты на оборону от воздушного нападения каждого конкретного промышленного или военного объекта.
Подобные математические расчеты, которые впоследствии назовут выбором оптимальных параметров, в те годы, в практике работы ракетных конструкторских бюро встречались нечасто. Правилом было выжимать из проектируемой ракеты все возможное — особенно ее дальность. Остальным разработчикам, занимавшимся стартовыми площадками, технологическим оборудованием, транспортными средствами приходилось подстраиваться под эту главную цель. За ценой такого подстраивания никто особенно не следил — денег на новые ракеты и на все то, что было связано с ними не жалели, давали столько сколько требовалось. Но подобным образом, даже в тех поистине «золотых» для конструкторов условиях, можно было действовать лишь при создании ракет, которые предполагалось выпускать сотнями штук. Для зенитных ракет, которых требовалось десятки тысяч, подобная роскошь была недопустима.
Выполненный с этой целью анализ многочисленных компоновок и расчеты «баллистиков» одно-, двух- и, даже, трехступенчатого вариантов показали, что наилучшими характеристиками будет обладать двухступенчатая ракета с твердотопливным ускорителем и маршевой ступенью с ЖРД. Обоснованная многочисленными расчетами, оптимальная дальность полета В-750 составила 30 км.
К осени 1954-го работа по ракете В-750 вышла на максимальные обороты, когда проект начал постепенно наполняться материалами от смежников — эскизными проектами, отчетами, предложениями. В ноябре из НИИ-125 пришел эскизный проект на пороховой заряд стартового двигателя, а в декабре из ленинградского ЦКБ-34 — эскизный проект на пусковую установку СМ-55.
Наконец, 21 декабря настал момент, когда начальник проектного отдела Е.И. Кринецкий положил Грушину на подпись четырехтомник эскизного проекта на первую ракету ОКБ-2. Последние месяцы вся жизнь в КБ, казалось, крутилась вокруг этих объемистых книг в зеленых переплетах. Грушин неоднократно просил внести в них изменения, добавить графики. Теперь же, еще раз бегло просмотрев этот первый весомый документ своего КБ, Грушин уверенно поставил свою подпись.
Первые бросковые образцы В-750 изготовили в опытном производстве ОКБ-2 к весне 1955 г. Их основным предназначением было изучение и отработка процессов старта ракеты, ее схода с направляющей пусковой установки и последующего отделения ускорителя.
Стартовая масса этих ракет, оснащенных телеметрической аппаратурой, составляла около двух тонн. Вместо маршевого ЖРД на них устанавливался его габаритно-весовой макет, а для достижения максимального подобия со штатной ракетой их топливные баки перед первым пуском заправлялись керосином и хлористым цинком — жидкостями, по своей плотности близкими к используемым штатным компонентам. В последующих бросковых пусках в баки ракеты стали заливать обычную воду — возить в Капустин Яр хлористый цинк для этих целей оказалось слишком накладным.
Первый пуск В-750 на полигоне Капустин Яр состоялся 26 апреля 1955 г. В этот день ракета стартовала с застопоренными рулями, с неподвижно установленной под углом 45Е направляющей пусковой установки. Подняв облако пыли высотой до 15 м, и без значительных отклонений в траектории, ракета ушла с направляющей. Набрав по окончании работы ускорителя скорость около 520 м/с, ракета упала на землю в 12 км от старта. Правда, ускоритель в этом пуске так и не отделился, но победа была несомненной!